Медицинский центр «Семья» создан усилиями многих неравнодушных людей и врачей в июне 2008 года, года СЕМЬИ. Основная идея центра — забота о семейном счастье. Наше здоровье, здоровье наших родителей, детей — это кирпичики семейного счастья.

Нелегкий разговор о живописи Пикассо

Необычность направлений поиска, пестрота внешних эффектов, шум молвы, преходящая мода не обманывают советского художника, не мешают ему добраться до сути явлений и отринуть при этом в своем анализе все то, что противоречит его собственным эстетическим принципам и прежде всего идейным убеждениям. Искусно прибегая к оружию диалектики, С. Юткевич не чурается противоречивых явлений. Он умеет полемизировать и не боится споров. Ясно, но без упрощенной однолинейности удается ему объяснить весьма сложные явления художественной жизни современной Франции.

Немало страниц книги посвящено облику и произведениям Пабло Пикассо.

Но вот заходит нелегкий разговор о «непривычности» живописи Пикассо, о «разнообразии и даже полной противоречивости его манер» в различные периоды творчества. Юткевич сразу же подчеркивает: для того чтобы понять и оценить его творчество, надо знать все этапы его развития, социальный и общественный контекст, в котором эти произведения рождались. Он так говорит об одном из этих этапов: «В период, предшествующий второй мировой войне, Пикассо рисовал не людей, а каких-то чудовищ, возникающих как видения современного Апокалипсиса.

Можно отвернуться от этих полотен с чувством брезгливости и отвращения, если не понять того, как болезненно переживал испанский художник, живущий во Франции, поражение своей республиканской родины, трагедию невмешательства и предчувствие ужасов будущих концлагерей».

Он подводит итог, охватывая суть работы художника более широко: «Враги Пикассо часто упрекали его в бесчеловечности, ссылаясь на те его холсты, где он деформирует тело или лицо человека.

Нет большей клеветы на Пикассо — это один из самых человечных художников, и не его вина, а его беда, что мир, который он изображает, иногда так уродлив и безжалостен».

И чуть дальше: «Он, как никто, умеет слушать время. Поэтому в те годы, когда его современники, такие живописцы, как Брак, Вламинк и Дерен, закрывают все форточки в ателье, чтобы не проник в них сквозняк истории, Пикассо идет навстречу бурям, и его крик отчаяния и гнева сливается с гулом времени, с движением масс, восстающих против несправедливости и порабощения».

Один за другим появляются на страницах книги режиссеры кино и театра Рене Клер и Абель Ганс, Луи Дакен п Роже Планшон, Жан-Луи Барро и Альбер Ламорис, замечательные актеры Мари Казарес и Жерар Филип, возродивший древнее искусство мимов Марсель Марсо, плеяда кинорежиссеров-документалистов: Анри Фабиани, Жорж Рукье и другие. И завершается обширная галерея портретами художников, названных автором в самом начале книги, — как бы подвигнувших его на избранный путь, а затем встреченных пм, узнанных и оставшихся друзьями: кроме Пабло Пикассо, «похожий на Кола Брюньона» Анри Матисс, «крупный, медлительный нормандец» Фернан Леже, чьи картины «всегда солидно сколочены и прочны, как просмоленный бот».

Ясность позиций и темперамент полемиста подтверждаются и иллюстрируются в рассказах автора книги о его работе в качестве члена жюри нескольких каннских кинофестивалей.
Незыблемая вера в торжество трудящегося человека, который сумеет сделать свою жизнь в обществе краше, справедливее, а значит, счастливее, — такова исходная посылка, с какой он всякий раз вступает в полемику.

Эта вера звучит и в концовке книги. Автор рассказывает о дискуссии, которая заключала проводившуюся несколько лет назад в Париже Неделю советского кино. Вечер состоялся в маленьком кинематографе рабочего района Малахов. Режиссер Поль Павио рассказал о своем пребывании в Москве. Зал забросал и его и присутствовавшего там Юткевича «жадными расспросами о советском искусстве... Во всем этом, — говорит автор книги, — была для меня радость подтверждения того, что растет, мужает тот новый зритель, который решит в конечном счете судьбу своего искусства, своей страны. Только в его руках будущее, и оно станет таким, каким его выстроит талантливый и умный народ этой прекрасной страны — Франции».

Книга написана с любовью — испытанной временем, верной и потому неуступчиво взыскательной. Посмотрите магазин Hydra